hippy_end (hippy_end) wrote,
hippy_end
hippy_end

Categories:

"Если нас не могут защитить власти, мы будем вооружаться сами" - Там, где происходит блокада Крыма

Все видео взяты с американского ресурса Ютуб

Как вы, наверное, помните, вчера в этом журнале был большой пост о событиях в Краснокутске Харьковской области. Ну, а теперь -- подборка видео из области Херсонской, из Каланчакского района -- как раз того, где взырвали опоры ЛЭП в ходе блокады Крыма, осуществляемой там заезжими патриотами

Очень показательные видео, так что потрудился сделать их полную расшифровку -- обратите внимание на поведение местной полиции, которая просто прячется от бандитов, даже не пытаясь защитить своих же относельчан, и на то, что при этом в области есть вполне официально действующий, вооруженный батальон Херсон, который пока что только "выдвигается на усиление", приезжая к тому моменту, когда бандиты уже уедут

Смотрите -- слушайте -- читайте



20 декабря 2015 года -- рассказывает крепкий мужчина с сединой в волосах -- житель пограничного с Крымом Каланчакского района Херсонской области -- по ходу расшифровки есть мои авторские ремарки

«Я Заклепный Владимир Иванович, на данный момент я являюсь главой фермерского хозяйства «Брат-2» здесь, в селе Александровке Каланчакского района. Ну, я обычный простой фермер. С 15 на 16 декабря этого года, 15-го года как бы на мой дом ночью совершен вооруженное нападение.

Мы с супругой и с дочкой уже спали в доме. Сын, Денис, он ездил в Каланчак вечером, там, ну, дело молодое, где-то по своим делам там. Когда он приехал домой, это было где-то, ну, минут 15 первого. Он увидел, что возле ворот, где заезд во двор, стоит чужая машина. Во дворе стояла «Мицубиси Паджеро» темного цвета. Возле дома на трасе стоял «Жигуль» 01, по-моему, или 011, но синего цвета.

Он когда подъехал бусиком домой, к другим воротам, у нас двое ворот, два заезда, он увидел, что на вторых воротах стоят, ну, незнакомая машина и незнакомые люди находятся во дворе. Он решил проверить, кто это такие у нас во дворе среди ночи, как бы ходят. Когда он поставил бусик и подошел к этой машине, они сразу ударили его по переносице, заломали ему руки, затянули в гараж и начали все его избивать.

Мы в это время спим. Ночью, мы ничего не слышим, не это… А телефон мой находился возле меня на тумбочке. Ну, я обычно возле себя его держу, что… то по работе какие-то бывают там нюансы, там охранники есть. Я беру телефон, смотрю: участковый наш, Артем звонит. Я только хотел, ну, кнопку нажимать, поговорить с ним, уже связь как бы закончилась. Он набирает супругу мою. А мы уже как бы услышали, проснулись, что в гараже происходит, что какой-то шум стоит.

Потом он набирает мою супругу, говорит: что у вас там происходит, кого у вас там во дворе избивают? Нам был звонок в милицию, что у вас там кого-то избивают. Мы быстренько начали, схватились уже, я понял, что уже кого-то бьют, и понял, что это избивают моего сына, потому что его дома не было. Вся семья была дома, а его не было дома.  Я быстренько схватил ружье, зарядил его. И начали, уже ж свет везде включать.

Потом я услышал пару выстрелов возле дома. Хотя сам еще находился в доме. Как впоследствии оказалось, что это тоже позвонили брату или с милиции, что это нападение идет на дом, кого-то избивают у меня. И он выскочил в машину, и с сыном, взял ружье, уже как бы приехал и начал стрелять в воздух.

Я выскочил к двери на черный ход. Хотел выскочить с ружьем. Двери были закрыты, потому что сын от этих дверей забрал ключ с собой. А в это время в двери били ногами и били, сына взяли за шею и головой били об двери и кричали: женщина открывай, это СБУ! Открывай, я тебе сказал, а то хуже будет!

Ну, я не мог просто выскочить, двери были закрыты. Я супруге крикнул, говорю: принеси мне быстренько другие ключи, запасные, чтоб можно было выскочить. Она тоже перепугалась, и в горячке выскочила через парадный вход и закрыла еще и те двери. И я с ружьем бегаю по дому, не могу выскочить.

Потом я выскакиваю, как бы, открыл окно, выскакиваю с ружьем, и смотрю, уже мой брат родной заходит во двор ко мне и говорит: не стреляй, это я. Т.е. пока я выскочил, они как бы уже прыгнули в машину и все уехали.  Сына сразу не было. Я думал, они его избили как бы и забрали где-то с собой.  Потом он пришел где-то минут через десять. Начал рассказывать, что неизвестные напали, подставили ему нож к горлу и сказали, чтобы он открывал дом.

У него, он когда приехал, ключ просто был в бусике. У него в кармане не было его. Они его по карманам в куртке начали обыскивать, нашли просто телефон, который я покупал дочке за 17 тысяч гривен. Они его забрали, тоже этот телефон забрали. Но ключей они не нашли. Они его избивали, избивали, но он у меня такой парень боевой, как бы, как и я, он решил, что пусть лучше сам, ну… -- тяжко вздыхает. – Сейчас…

Ну, семью, короче, он не подставил…  -- вытирает глаза. – Я просто волнуюсь… Я просто, не то, что я там… Короче, он семью не подставил, и как бы они в дом не попали. Скажем там. Я просто волнуюсь не из-за того, что мы кого-то боимся или это. Просто я сейчас такой злой, что я готов их рвать на куски.

Ну, и потом как бы… Мы ж вызвали тогда милицию уже. Они уже уехали. Мы стояли где-то часа полтора, как бы, ждали, пока они приедут. Милицию, да. Они когда приехали, уже с батальоном Херсон, уже этих негодяев не было здесь. Ну, они .конечно, пописали, там, побрали свои там заявления, там всё допросы провели, это самое, сидели тут до 6 утра писали всё.

Эти негодяи как бы. Ну, если они позволяют себе врываться в чужие дома, избавить людей, детей, то милиция сейчас там у нас в районе более там десятка уголовных дел таких разбойных по всему району как бы, и милиция – никто, ничего, как бы не принимает никакие меры с этой бандой.

У нас вчера было – я сам бывший афганец, -- у нас вчера было собрание в Каланчане, где все мои боевые друзья сказали, что это мы просто так не оставим. Это нападение было как бы не только на меня, а уже в районе все люди боятся за свою жизнь и за своих детей. Поэтому, если нас не может защитить власть, как бы, мы будем собирать свое вече в Каланчаке. Это будет в следующую пятницу.

И на этом вече, наверное, будем формировать какой-то свой батальон боевой. Будем вооружаться, у кого что есть. Потому что уже люди боятся просто выходить на улицу и отпускать  своих детей. И, наверное, если нас власть не может защитить, то мы просто будем брать оружие в руки и защищать себя и своих детей сами.

У меня вот есть фотографии, которые мы показывали и милиции, и всем, кто это…  Есть люди, которые… уже опознал их и сын на фотографиях. И как бы никто ничего не делает. Более того скажу, после моего нападения сразу через день они среди белого дня в Каланчаке напали на женщину, где они перед этим сделали нападение на людей в баре.

Они ее запугивали, чтобы она не давала против них никаких показаний. Она позвонила своему мужу. Муж приехал к ней на помощь. Они выбили ему челюсть. Среди белого дня, с оружием в руках, посредине улицы. Все люди там в шоке просто.  Эта женщина там выскочила, забежала в милицию [значит, милиция – была рядом!], вырвалась, выскочила, забежала в милицию, чтоб они ее защитили. Они все попрятались там в милиции.

Потому что эти потом приехали джипом до милиции и сказали: если вы будете против нас что-то заводить, какие-то дела, мы вам спалим и вас, и вашу ментовку. И они все попрятались, никто даже не предпринял никаких мер. Если они сами себя не могут защитить, как они могут защитить вообще весь народ?

Поэтому тут как бы с убийцами и мародерами мы как бы ни о чем ни договариваться, ни о чем не будем с ними как бы решать, мы будем просто их выбивать. Выбивать. У нас другого выхода нету. Потому что я не позволю, чтобы в моем доме убивали моих детей и мою семью. Вот так. И так это думает каждый»

Репортер: «Вот вы говорите, да, это батальон Айдар поулчается…»

«Значит, насколько я знаю… Ну, я…» -- продолжение в следующем видео



«…Украину, что они герои… Только что они кричат «Слава Украине», мы герои, и мы патриоты, а под этим всем прикрытием они просто грабят и убивают людей. На номерах на джипах написано: Айдар. Да, мы когда начали звонить, чтобы, ну, на них как-то повлиять, мы думали, что тайдаровцы, там это… Нам сказали, что у нас таких отлетов как бы нету, все нормальные айдаровцы, которые воевали, там это, они все уехали отсюда.

Т.е. это организованная бандгруппировка. Вооруженная. Которая под прикрытием блокады Крыма там, и всего прочего патриотизма они просто грабят и убивают людей. И всё. Они подстрелили хлопца в Каланчаке, он АТОшник как бы парень, счас лежит в… где-то в госпитале там, ему в животе вытаскивают пулю. Вот это всё эта банда всё сделала.

Т.е. у нас в районе уже люди все просто боятся что-то говорить и боятся как бы и детей на улицу выпускать.  Если они просто избивают среди белого дня вооруженные. Вооруженные, понимаете, -- качает головой. – Тут как бы уже… Ну, и если милиция ничего не делаем, мы собираем вече и будем решать, что нам дальше делать. Ну, я думаю, что мы будем… Если нас не могут защитить власти, мы будем вооружаться сами.

Значит, есть на фотографиях, вот здесь, все они стоят, эти, -- показывает большое фото, типичное для фото «боевых друзей»,  с четырьмя парнями в камуфляже. – Ну, по крайней мере, вот два человека, которые, и сын узнал как бы, и мои рабочие, которых они избили в баре, вот этот вот был, вот этот вот был.

И вот заметьте, что у них на руке палец, поднятый вот так, -- указательный палец правой руки, поднятый вверх. – Я знаю, что, -- я бывший афганец, -- я знаю, что вот этот жест ихний означает, что они радикальные исламисты, которые борются с неверными, как они считают. И вот, когда они убивают неверных, и умирают за это, то они сразу попадают в рай.

Поэтому я так понимаю, что неверные – это мы, простые люди, которые живем и трудимся, и которые строили вон там те окопы, и давали продукты, и давали как бы всё для обороны страны. Теперь мы как бы уже неверные. И они нас просто решили поубивать. И как бы сжить нас с этих территорий, и забрать наши дома, и уничтожить и нас, и наших детей.

Поэтому у нас как бы другого выхода нету, как брать в руки оружие. Потому что власть нас не может защитить. Вот, ну, в принципе, всё. А в пятницу будет у нас как бы народное вече. Там соберутся все афганцы, все охотники, все общественные организации. Будет там и телевидение тоже, мы приглашаем. Мы приглашаем туда и силовые структуры, представителей.

Ну, я думаю, что больше всего: мы дадим им, силовым структурам, какой-то срок на проведение вот этих всех мероприятий, если они их будут проводить. Ну, уже если они ничего не сделают, как бы, и не защитят народ, мы готовы встать с оружием в руках на защиту людей. Ну, скажем так, себя и своих детей»

Далее рассказывает боец батальона Херсон: «Ночью… Днем 18-го, вечером, нас вызвали на Каланчак для усиления. Была попытка захвата райотдела. Ситуация такого плана, что бойцы подразделения Айдар, то ли Айдар, то ли не Айдар, то ли люди, которые примазываются к Айдару, попытались у местного фермера отжать автомобиль. У них это не получилось.

Когда коснулось, что люди попытались дать заявление в полицию, они приехали за ними. Попытались препятствовать этому. Фактически была попытка вторжения на территорию райотдела люде с оружием. Т.е. с помповым ружьем.

Всё обошлось нормально, всё спокойно. Т.е. когда мы уже прибыли, их уже не было. Но сам факт того, что люди с оружием гуляют в этой местности, это уже настораживает и очень сильно. Поэтому местное население очень возмущено, и скорее всего, что возмущение будет нарастать всё больше и больше. Потому что такие моменты, как вот там попытки отобрать автомобиль, там корову, или еще что-нибудь, ну, местным жителям точно не нравится и не понравится.

Поэтому была такая ситуация. Пока всё закончилось благополучно. Всё нормально. Мы находимся на боевом дежурстве. Охраняем мир и покой мирных граждан»



И в завершении репортаж телеканала Интер о том, каким образом осуществляется блокада Крыма в приграничном Чонгаре -- 22 декабря 2015 года



Диктор новостей на канале Интер: «Как оказалось, участники осады создали дискомфорт не только жителям полуострова, но и материковой Украины. В селе Чонгар на границе с Крымом люди восстали против участников блокады. Чем не угодили активисты местным жителям, выяснял…»

Репортер: «На блокпосту в Чонгаре как обычно: мужчины в камуфляже и балаклавах проверяют документы, осматривают багажники машин, -- заметьте, эти люди НЕ имеют никакого отношения к официальных правоохранительным органам (!), но это уже… «как обычно». --  Такие проверки привычны для тех, кто едет в Крым. Но вот у местных жителей терпение на исходе. Говорят: стоит выехать на заправку или у магазин, уже обыскивают»

Местная жительница: «С ребенком провозили ее на работу. Пять минут туда, пять обратно. Куда ребенка везете? Доверенность есть? Какая доверенность! Я что, границу пересекаю? Чтоб провезти внука туда и обратно. Мама на работу едет»

Местный житель: «Топливо где взял? Заправился на АЗС. Чеки? Чеки не взял. Мою машину огородили колючей проволокой – это, чтобы я не проехал никуда. Говорит: иди пешком, это в районе 5 километров, на заправку, бери чеки, возвращайся, а потом покажешь. Тогда мы тебя пропустим»

Репортер: «Возмущенные чонгарцы собрали внеочередную сессию сельсовета. Пригласили полицию, военных и татар. Высказали всё, что накипело за три месяца»

Местная жительница: «И вот на днях, хоронили соседа. Они, если б могли, они б залезли в гроб, в машину. Что ж вы делаете?! Что вы, вообще уже совесть потеряли?»

Репортер: «Люди говорят, вступать в дискуссию с бойцами на блокпостах бесполезно. Можно нарваться на нецензурную брань или даже кулаки»

Местный житель: «Открыл Конституцию одному из них и начал зачитывать, -- показывает раскрытую Конституцию Украины. – Это была красная тряпка. Один из них схватил меня за шиворот и сказал: это наша земля! Это запретная территория! Вон отсюда! И вышвырнул меня»

Репортер: «Хамство, незаконные обыски и ограничение свободы передвижения – вот основные претензии селян к участникам блокады. Лидер татар за действия своих людей извиняться не стал, но пообещал убрать блокпост после Нового Года»

Ленур Ислямов, лидер татар: «Уходим туда, к прикордонникам, становимся вместе с ними там внутри. Если там нам действительно будет казаться, что везется какой-то груз, мы сможем досматривать официально»

Репортер: «Согласно Постановлению Кабмина 16 января крымские татары заступят на дежурство на официальной пропускном пункте пограничников, -- где уже есть официальная таможня (!) с исполняющими обязанности по таможенному досмотру представителями официальных правоохранительных структур (!). --  Будут следить, чтобы в Крым не завозили партии коммерческих товаров»


Украина -- Херсонская область -- 20--22 декабря 2015 года


Когда в стране много вооруженных людей и всё меньше и меньше ресурсов...

Думаю, понимаете сами




Tags: Видео
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 23 comments